Карина Асланян
2025 год принес Украине определенный прогресс в реформировании сферы правосудия.
Полноценно заработала Служба дисциплинарных инспекторов Высшего совета правосудия (ВСП).
Высшая квалифкомиссия судей (ВККС) завершила ряд конкурсных процедур, вследствие которых в части апелляционных судов впервые за 12 лет появились новые судьи. Хотя не все из них принесли присягу и начали осуществлять правосудие из-за промедления президента.
В то же время Владимир Зеленский назначил двух новых судей Конституционного суда (КСУ), разблокировав его работу после полугодичной остановки, и двух членов ВСП, который назначил еще одного члена ВККС, доукомплектовав таким образом ее состав.
На первый взгляд может показаться, что наконец все двигается в правильном направлении, хотя и не так быстро, как всем хотелось бы.
К сожалению, далеко не все. И вот почему.
Стратегия, которой нет
Уже третий год в Украине нет комплексной Стратегии реформирования и развития сферы правосудия, хотя ее проект давно наработан офисом президента. Но, несмотря на заявленную значимость этого документа, подпись президента под ним в 2025 году так и не появилась.
Политические игроки притворяются, что так и надо: дескать, главное — не подпись, а исполнение. Да и самое важное прописано в принятой правительством Дорожной карте по вопросам верховенства права, фиксирующей наши евроинтеграционные обязательства в этой сфере.
Сэр Энтони Хупер о судебной реформе: «Обоснованное сомнение изменило все»
Это одновременно и так, и не так. Нельзя исполнить документ, которого не существует, даже если некоторые элементы реформы двигаются в правильном направлении. Хотя команде заместителя руководителя офиса президента Ирины Мудрой и главе Комитета ВРУ по вопросам правовой политики Денису Маслову, который является кандидатом на должность министра юстиции, в этом вопросе нечего предъявить. Перед подписью президента на документах «его вертикали» должна стоять подпись не только профильного заместителя (Мудрой), но и руководителя ОП.
После «Миндичгейта» вполне понятно, почему предыдущему руководителю офиса было не до судебных стратегий (хотя право на адвокатскую деятельность он недавно восстановил). Все надежды — на действующего руководителя ОП Кирилла Буданова, который может быть далек от судебной специфики, но важность стратегического планирования точно понимает лучше, чем «адвокат» Ермак.
Нет своих стратегий и у главных судебных институтов — ВСП, ВККС и Верховного суда. Поэтому даже хорошее исполнение ими своих функций (что далеко не всегда так) не приводит к существенным (а главное — неотвратимым) позитивным изменениям. Например, отсутствие стратегии в ВККС вызвало неприоритетное заполнение вакансий в хозяйственных апелляционных судах (куда, к тому же, набежала толпа родственников и друзей некоторых членов ВККС и ВСП и даже двое действующих членов Высшего совета правосудия, что недопустимо в странах устойчивой демократии). Вместе с тем в апелляционных судах больших городов, а именно в Одессе и Днепре, некому работать. И хотя судей они получат, надеемся, в 2026 году, это будет на год-полтора позже, чем должно было быть.
Отсутствие стратегического видения развития Верховного суда в Пленуме этого суда уже привело к кризису кадров во время избрания руководства кассационных судов. Кассационный гражданский суд только с шестой попытки избрал себе председателя — Марину Червинскую, которая стала компромиссной фигурой после пяти неудачных этапов выборов. А Кассационный административный суд (КАС ВС) минимальным количеством необходимых голосов избрал своим председателем Игоря Дашутина — фигуранта журналистских расследований о незаконном обогащении. Недопустимый выбор, особенно для суда, который рассматривает дела против президента и парламента. Сложно объяснять международным партнерам, почему в стране, которая максимально быстро хочет стать членом ЕС, на руководящие судейские должности и далее избирают судей с сомнительной репутацией. И это все на фоне кейсов Князева, ОАСК и других скандалов.
