Автор Галина Чижик Старший юридический исследователь Центра права и глобальных дел Университета штата Аризона

Владимир Шаповал — сотворец украинской Конституции и один из первых судей Конституционного суда (1996–2005). Именно его фамилию вспоминают, когда ищут экспертов для отбора кандидатов на высшие должности в судебной власти. Профессиональный путь Владимира Николаевича непривычен для университетского преподавателя: после отставки с должности судьи КСУ он представлял президента в Конституционном суде (2005–2007) и возглавлял Центральную избирательную комиссию (2007–2013).

В то же время Владимир Шаповал не принадлежит к тем юристам, которые говорят осторожно и сдержанно. Он называет вещи своими именами, иронизирует по поводу институций и дает оценки, которые редко можно услышать от судьи Конституционного суда в отставке.

Мы говорим о кризисе Конституционного суда, о том, почему судьи часто избирают «своих», о разнице между украинскими и иностранными экспертами, почему пан Шаповал скептически относится к Венецианской комиссии и какой может быть роль Конституционного суда в окончании войны.

— Владимир Николаевич, мы с вами разговариваем в непростое для Конституционного суда время. В 2025-м он почти полгода не работал — не было кворума. Только в июне президент назначил двенадцатого судью — Александра Водянникова, что дало возможность разблокировать работу. В сентябре в состав Конституционного суда вошел Юрий Барабаш. В то же время парламент в октябре провалил голосование, а съезд судей до голосования даже не доходит — они не в состоянии представить достаточное количество достойных кандидатов, которые пройдут все круги проверок. Как нехватка судей сказывается на функционировании суда?

— Чем дольше не будет функционировать Конституционный суд, тем лучше для государства. Однажды, слушая по радио трансляцию заседания Верховной Рады, я услышал, как один народный депутат назвал условный первый состав Конституционного суда «золотым».

— Вы с этим не согласны?

— Мне это не нравится. Это словно сравнивать его с курицей, несущей золотые яйца. А там, знаете, разные были люди.

За девять лет (срок полномочий судьи Конституционного суда. — Г.Ч.), появились сложные чувства у каждого из нас. За это время, простите, можно друг друга перестрелять. Ты — свидетель чужих «зрад». Они — свидетели твоих слабостей. К тому же все происходит в маленьком помещении.

Тот состав был хорошим, поскольку, когда назначали первых судей, еще не понимали, что такое Конституционный суд. Сначала присматривались. А потом поняли, что эта «торговая точка» приносит прибыль, и наехали рэкетиры от власти. К сожалению, начиная с какого-то момента, Конституционный суд стал орудием для дешевого решения дорогостоящих вопросов.

Уже позже, когда я работал представителем президента (Виктора Ющенко. — Г.Ч.) в Конституционном суде, услышал, что среди кандидатур, которые предлагали президенту, появились фамилии судей апелляционных судов. Я сказал: «Слушайте, это не уровень Конституционного суда». А ответ был настолько простым, что я растерялся: «Но это мой человек».