КУЛЬТУРНЫЙ ГЕНОЦИД В УГОЛОВНОМ КОДЕКСЕ: ВОЗМОЖНО ЛИ И КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ?

Дарина Подгорная Дарина Подгорная

Удар по Киево-Печерской лавре в ночь с 14 на 15 июня 2026 года подтолкнул к тому, что в Верховной Раде зарегистрировали (аж!) два законопроекта — №15331 и №15331-1. Оба предлагают добавить к статье о геноциде составляющую о разрушении культуры, фактически узаконивая понятие «культурный геноцид» (до этого оно было лишь частью академической дискуссии во всем мире). 30 июня комитет ВРУ поддержал №15331 и отклонил №15331-1, отметив, что отдельные его элементы могут быть учтены позднее.

Решение давно назревшее и позитивное, но дьявол в деталях: станет ли новая норма вкладом в международное право, или останется политической реакцией на войну, покажет время, а пока стоит разобраться в самих проектах.

Откуда идея?

Идея не новая, а просто хорошо забытая. Еще в 1940-х Рафаэль Лемкин, описывая зверства нацистов, вкладывал в слово «геноцид» более широкое содержание: уничтожение группы означает уничтожение всего, что делает ее такой: языка, культуры, религии, памяти. Эти идеи не поддержали, не в последнюю очередь из-за сопротивления государств, собственная политика которых подпадала бы под такое определение. Поэтому культурное измерение изъяли из финального текста Конвенции о геноциде 1948 года, оставив только отдельные его элементы, в частности запрет насильственного перемещения детей.

К этому наследию обратилось Общество Рафаэля Лемкина, чью концепцию в 2026 году поддержал профильный комитет ВРУ — и на энтузиазме уже самих депутатов она раздвоилась: вместо одного появилось два проекта.

Итак, вопрос — какой выбрать? Нужно читать и анализировать!