Инна Ведерникова
Разговоры о так называемых «конвертах», которыми власть — и не только — оплачивает голосования в Верховной Раде, ведутся не первое десятилетие. Если сделать совсем короткий экскурс в историю действующей власти и верить нашим источникам, сама идея фонда оплаты депутатского корпуса появилась не вчера. Еще в 2019 году под разношерстную фракцию, рандомно набранную в список и проведенную в округах именем Зеленского, начали собирать общий кошелек, — идею, как говорят, принесли человек-автобус и бизнесмен, заливший мир соком наших подсолнухов. Тогда ряду крупных бизнесменов фактически вменили в обязанность ежемесячно платить в этот фонд, а дальше деньги уже расходились по программе — 5, 10, 15 — в зависимости от места депутата в системе. Скидывались туда и короли металла, и короли курятины, и короли строительных магазинов.
Как утверждают наши собеседники, для власти принципиально важно было не только платить, но и контролировать источник денег. Там никогда не допускали, чтобы бизнес напрямую раздавал «конверты» депутатам. Депутат должен был четко понимать, от кого он получает ресурс и чьи интересы в итоге обслуживает. Поэтому сбор и распределение денег замыкались на доверенных людях внутри самой власти, а не на внешних донорах. Именно так вероятно выстраивалась система, в которой лояльность привязывалась не к бизнесу, а к тем, кто эту систему администрирует.
Сначала у власти не было собственного ресурса — понадобилось время, чтобы разобраться, где находятся «рыбные» и «грибные» места. «А уже потом на освоенных потоках — начиная с «Большого строительства» — стали формироваться свои бэк-офисы, через которые эти ресурсы собирались и перераспределялись внутри системы», — рассказывают осведомленные люди. Таким образом, потребность в прямых донатах бизнеса на депутатский корпус со временем отпала. Это не значит, что бизнесменов оставили в покое, — платить всегда есть за что.
Как мы помним, еще при Артеме Сытнике детективы Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) заинтересовались челночными маршрутами Александра Трухина — депутата, контролировавшего значительную часть курьерских маршрутов между «кассой» и залом. Того самого, который при встрече с полицией сначала предложил «решить вопрос» с ДТП, а потом «тихо уйти в лес». Но дожать эту линию не успели: сначала кадровые изменения, а затем война, которая на время вообще обнулила выплаты депутатам. И только сейчас разговоры впервые легли в основу официальных уголовных подозрений.
В «Слуге народа» объяснили, чем вызваны проблемы с голосованием в парламенте
27 декабря 2025 года Национальное антикорбюро и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) официально сообщили о подозрении пяти народным депутатам, среди которых был член фракции «Слуга народа», друг бывшего первого помощника президента Сергея Шефира и глава транспортного комитета Юрий Кисель. Его подозревают в предполагаемом создании преступной группы и систематическом получении неправомерной выгоды за «правильные» голосования в Верховной Раде в интересах действующей власти. По данным источников в правоохранительных органах, речь шла о своеобразном «хабе», через который могла перетекать часть коррупционных средств для обеспечения голосов депутатов.
Параллельно НАБУ расследовало дело в отношении главы фракции «Батьківщина» Юлии Тимошенко. 14 января после проведенных накануне обысков в партийном офисе на Туровской ей было объявлено подозрение в вероятной организации системы платных голосований среди народных депутатов. В то время как Кисель работал на сохранение управляемого большинства, Тимошенко — на его демонтаж. В этом принципиальная разница использования одного и того же инструмента. И если Кисель и Ко ушли в парламентское подполье, регулярно посещая детективов НАБУ, то Юлия Тимошенко осталась верна своему политическому жанру. Белое пальто на заседании Высшего антикоррупционного суда (ВАКС), где ей определяли меру пресечения, было стартом большой политической кампании по спасению остатков репутации лидера «Батьківщини».
Оба расследования возымели эффект на парламент: он уверенно погружается в очередную волну кризиса. Не голосуются непопулярные для общества законопроекты, предусмотренные Планом Ukraine Facility. Почему? Потому что антикоррупционные расследования якобы парализовали работу депутатов. С этим месседжем «слуги народа» посещали послов дружественных европейских государств с просьбой «повлиять на НАБУ». Раньше правоохранители зависели от политиков, теперь вдруг стало как-то наоборот.
По словам первого заместителя главы фракции «Слуга народа» Андрея Мотовиловца, депутаты боятся голосовать за любые законопроекты, опасаясь, что их действия могут быть интерпретированы НАБУ и САП как коррупционные. По его мнению, подозрения в адрес коллег по фракции в декабре 2025 года создали атмосферу, где «аргументы о сборе голосов больше не работают». Какие это аргументы — депутат не уточнил. Может, аргументы, которые собирал бэк-офис Миндича? Или бэк-офис Киселя? А может, бэк-офис Гадяча? Или Абрамовича? Так два последних все еще работают. Вам не доносят? Если следовать этой логике, выходит, что именно коррупция обеспечивала парламенту способность принимать решения, необходимые для движения Украины в Европу.
Это, безусловно, абсурд. Чего не скажешь о продолжающихся расследованиях в отношении вышеупомянутых депутатов. Потому что кейсы Киселя и Тимошенко еще до попадания в суд — а только он, безусловно, поставит точку в вопросе виновности или невиновности, — уже открывают нам дверь в реальную украинскую политику. Где шепотом на ухо говорят правду, а с парламентской трибуны врут и кричат.
Чтобы понять, что на самом деле происходит внутри этих расследований и насколько они могут быть устойчивы в суде, мы поговорили с источниками в парламенте, правоохранительных органах и офисе президента.
