Директор программ в области энергетики и инфраструктуры Центра Разумкова Владимир Омельченко подчеркнул, что призыв президента США Дональда Трампа прекратить удары по российским НПЗ касается второстепенной причины дефицита дизельного топлива. Гораздо большее влияние в этом вопросе оказывает война на Ближнем Востоке, ведь она привела к падению экспорта из Персидского залива, подорожания фрахта и сокращения запасов. В материале для ZN.UA «Трамп обвиняет Киев в дорогом дизеле. Кто на самом деле раскачивает рынок и что делать Украине» он назвал три фактора, которые формируют сегодняшний нефтяной кризис, но отличаются по масштабу:
- резкое ограничение потоков через Ормузский пролив;
- военный риск в Баб-эль-Мандебском проливе и уязвимость саудовского нефтепровода East-West, главного сухопутного обхода Ормуза;
- сокращение российской нефтепереработки из-за украинских ударов.
По словам автора, удары по НПЗ РФ не сокращают мировые поставки сырой нефти, поскольку часть непереработанного сырья Россия направляет на экспорт, а в большей степени влияют на рынок топлива: сокращают выпуск дизельного топлива, бензина, авиационного топлива и топливных компонентов.
«В России это вызывает локальный дефицит, экспортные ограничения и удорожание логистики. В других регионах, прежде всего в Европе, растет маржа переработки, — объясняет автор. —… Удары по российской переработке в определенной степени усугубляют дефицит, но не являются его главной причиной. Гораздо большее падение поставок дизельного топлива зафиксировано в Персидском заливе. Кроме того, именно проблемы с ближневосточными проливами привели к сокращению переработки в Азии, высоким транспортным расходам и уменьшению мировых запасов на 507 млн барр. с конца февраля по конец августа».
Когда Трамп призвал прекратить удары по российским объектам, средняя розничная цена дизельного топлива в США достигла 6,06 долл. за галлон против 3,71 долл. годом ранее. С начала американо-израильской войны с Ираном она выросла более чем на 60%.
Объективная оценка заявления президента США должна отделять факт от политической интерпретации, подчеркивает автор. Фактом является то, что Россия — крупный экспортер дизельного топлива, поэтому повреждения НПЗ и экспортные ограничения действительно сокращают глобальное предложение. Но цены выросли именно на фоне войны с Ираном, ограничения потоков через Ормуз, потери ближневосточных нефтепродуктов, удорожания фрахта и падения запасов. Украинские удары в этой истории являются не главным, хотя и важным фактором, говорит автор и делится своей приблизительной экспертной оценкой: «Удары по российским НПЗ могли объяснить не более 15% общего роста цен на дизельное топливо».
Омельченко объясняет, что заявление Трампа имеет также внутриполитический контекст, поскольку высокие цены на топливо стали проблемой для его администрации в преддверии промежуточных выборов. Подчеркивая вину Украины, американский лидер отвлекает внимание от последствий ближневосточной эскалации.
«Заявление Трампа не является полностью безосновательным, но неоправданно преувеличивает роль Украины. Удары по НПЗ РФ несколько усугубляют дефицит дистиллятов, сформированный прежде всего ближневосточной войной, — подчеркнул Омельченко. — Если США требуют перерыва, они должны предложить Украине равноценные гарантии безопасности в отношении прекращения ударов по украинской энергетической и другой гражданской инфраструктуре».
