Сегодняшняя европейская дискуссия о ядерной автономии исходит не из амбиций, а из осознания стратегической необходимости, учитывая изменение политики США, а также из трезвого признания ограничений, считает заведующий отделом Национального института стратегических исследований Алексей Ижак. В отчете Европейской группы по ядерной стратегии 2025-го указано, что простого варианта ядерной автономии не существует. Автор подчеркивает, что в краткосрочной перспективе самый надежный вариант — и дальше опираться на расширенное сдерживание США, осознавая его постепенную деградацию.
«В этой логике появляется понятие «разрыв сдерживания» — ситуация, когда архитектура безопасности формально сохраняется, но политическая надежность гаранта больше не воспринимается как безусловная, — объясняет ситуацию Ижак в материале «Франция и Великобритания вместо США? Пять сценариев ядерной автономии для Европы». — Ключевое изменение, по оценкам ENSG, касается не техники, а ответственности. Европейские государства больше не рассматривают ядерную политику как «аутсорсинг» со стороны США».
Европейская группа по ядерной стратегии систематизировала поле возможных решений в пять базовых опций. Они различаются тем, кто берет на себя риск, кто платит и кто контролирует решение.
Опция A — сохранение опоры на США. Ижак объясняет, что речь идет фактически о продолжении нынешней модели: американские боеприпасы в Европе, европейские носители, Группа ядерного планирования НАТО, стратегический «зонтик» США. Этот сценарий — самый реалистичный — не требует создания новых структур, не подрывает режим нераспространения и сохраняет максимальную интеграцию в рамках НАТО. Проблема — в потере доверия к американской политической воле и снижении ее убедительности для РФ.
Опция B — усиление роли Франции и Великобритании. Эксперт называет этот вариант эволюционным, объясняя, что он предусматривает постепенное увеличение европейского вклада в ядерное сдерживание.
«Суммарный потенциал двух стран составляет примерно 500-520 боезарядов. Однако британские ядерные силы технологически и операционно связаны с американскими, — объясняет Ижак. — Франция сохраняет полную автономию и не входит в Группу ядерного планирования НАТО. Следовательно, усиление их роли означает либо новый уровень координации, либо рост политического напряжения».
Опция C — институционально оформленное европейское сдерживание. Это попытка консолидировать франко-британское ядро с участием других государств — через совместное финансирование, планирование и доктринальное сближение.
«Такой сценарий предусматривает создание определенной европейской процедуры консультаций по применению ядерного оружия, но без полного переноса контроля», — объясняет Ижак, добавляя, что этот вариант имеет две проблемы:
- согласятся ли Париж и Лондон «делиться» принятием решений, как до последнего времени делали США;
- отсутствие у их сил той эскалационной гибкости, которую обеспечивает американская модель с вариативными сценариями применения.
«Даже с учетом этих ограничений развертывание в рамках послевоенных гарантий Украине британских и французских сил на нашей территории могло бы добавить таким гарантиям убедительности», — отметил эксперт.
Опция D — новые национальные ядерные программы. Теоретически Германия, Польша или другие государства могли бы начать собственные программы, но это означало бы нарушение или выход из Договора о нераспространении ядерного оружия, что может спровоцировать серьезный политический кризис в Европе и риск внешнего превентивного давления.
«Не исключено, что новые ядерные государства в центре Европы сделали бы регион менее стабильным, а не более защищенным, — комментирует Ижак. — Именно поэтому эту опцию в аналитических материалах называют наиболее дестабилизирующей».
Опция E — ставка исключительно на конвенционное сдерживание. Идея заключается в том, чтобы компенсировать ядерный фактор резким ростом обычных военных возможностей — высокоточным оружием, противоракетной обороной, развитием индустриальной базы.
«Политически это выглядит привлекательно, поскольку не затрагивает «ядерной чувствительности» европейских обществ. Но стратегически означает отказ от симметричного ответа на давление со стороны России, — отмечает эксперт. — При наличии у РФ значительных ядерных арсеналов, даже с учетом деградации отдельных средств доставки, может возникнуть асимметрия не в пользу Европы».
