Михаил Ташков
15 августа 2026 года я увидел фотографию, которую до сих пор не могу забыть. Спасатель в Марганце держит на руках обгоревшее тело трехмесячного мальчика. Ночью российские ударные дроны попали в жилую многоэтажку. Начался пожар. Ребенок погиб. Еще одиннадцать человек получили ранения, среди них двое детей. Это фото страшно даже открывать. Но, пожалуй, именно поэтому от него не стоит отводить глаза. Четыре с половиной года большой войны. Буча. Мариуполь. Погибшие дети. Разрушенные города. Военные, которые отдают здоровье и жизнь, чтобы у этой страны вообще было завтра.
И рядом — Украина невозможных одновременностей. По результатам опроса SOCIS, проведенного 28 июля — 2 августа 2026 года, высокий уровень коррупции на государственном уровне возглавил список факторов, которые наиболее негативно влияют на ситуацию в стране: его назвали 49,3% респондентов. Постоянные атаки российских дронов и ракет на объекты инфраструктуры оказались на втором месте — 44,6%. Мы обожаем ВСУ — и ненавидим ТЦК, то есть структуры, которые должны комплектовать эти самые ВСУ. Нам критически не хватает людей — и в то же время у нас почти 290 тысяч уголовных производств за СОЧ и дезертирство, зарегистрированных с начала полномасштабного вторжения до сентября 2025 года. Это не 290 тысяч установленных дезертиров: производства и люди — разные массивы. Но масштаб явления таков, что в 2026 году государство запустило отдельный упрощенный механизм возвращения из СОЧ.
Мы хотим, чтобы коррупционеров сажали. Кто-то в комментариях требует для них чуть ли не расстрелов во время войны. И в то же время существует спрос на «решить вопрос» с воинским учетом, бронированием, ВЛК, государственной должностью, тендером, судом, справкой. Мы требуем одинаковых правил — и ищем исключение, как только правило приходит лично к нам.
