Автор Александра Телегузова Врач-кардиолог, старший ассистент по преподаванию Гарвардской школы общественного здоровья (2021-2025 гг.), медицинский консультант Heartbeat Mobile Labs (Швейцария)

О чем может думать врач-кардиолог? Конечно, о здоровье. Но в условиях войны именно это понятие приобрело новые, гораздо более жесткие критерии: оно зависит не только от анализов и диагнозов, но и от сна, тревог, переездов, доступа к лекарствам и постоянного стресса. Война вошла в быт и изменила то, что мы привыкли считать нормой.

Для врача это означает новую повседневность: более молодые пациенты приходят с повышенным давлением, сердцебиением, одышкой, а разговор о сердце очень быстро переходит в разговор о недосыпании, тревогах и истощении. Война не только привела к появлению новых травм, но и осложнила течение уже имеющихся хронических заболеваний.

Наслоение заболеваний

До начала полномасштабной войны главными медицинскими проблемами для Украины оставались сердечно-сосудистые и онкологические заболевания, сахарный диабет, хронические респираторные заболевания. Война не отменила этот перечень — она его усложнила. К довоенному бремени неинфекционных заболеваний добавились травмы, минно-взрывные повреждения, ожоги, ампутации, сложная реабилитация и психические расстройства. Между ними формируется еще один пласт — болезни, которые война не вызвала непосредственно, но ускорила, декомпенсировала или сделала более сложными для контроля. Инфаркты, инсульты, рак, артериальная гипертензия, фибрилляция предсердий все так же требуют кардиохирургических операций, онкологического лечения, диализа, инсулина, антикоагулянтов и ежедневных препаратов от давления. К сожалению, много таких состояний мы видим уже в запущенном, декомпенсированном виде. Именно этот третий пласт может оказаться одним из самых дорогостоящих для системы здравоохранения в последующие десять лет.