Одни из самых опасных слов на нефтяном рынке — это «ОПЕК мертва». Ее «некролог» писали много раз — и всегда преждевременно. В глобальных финансах есть другая, не менее известная фраза: «На этот раз все иначе», пишет Хавьер Блас в колонке для Bloomberg.
Выход Объединенных Арабских Эмиратов из нефтяного картеля, объявленный во вторник и вступающий в силу 1 мая, значительно серьезнее, чем предыдущие выходы, и представляет собой крупнейший экзистенциальный кризис для группы с момента ее создания более полувека назад.
Почти непрерывный отток стран-членов из Организации стран-экспортеров нефти в течение последнего десятилетия — Индонезия в 2016 году, Катар в 2019-м, Эквадор в 2020-м и Ангола в 2023-м — давал немало оснований для написания прощальных речей, но все они оказались преждевременными.
Но ОАЭ — это другой уровень: это страна с амбициями значительно нарастить добычу нефти, она имеет геологические ресурсы для этого, и, что важнее, имеет финансовые возможности, чтобы превратить эти амбиции в реальность.
Ее решение открывает путь для других стран с амбициями увеличить добычу и последовать этому шагу.
Венесуэла? Следующая в очереди, независимо от того, что сейчас говорят в Каракасе. Правительство Делси Родригес пока сохраняет преданность картелю, но отношения оппозиции, которая, вероятно, придет к власти на следующих выборах, с ОПЕК исторически были напряженными. Если власть сменится, Венесуэла, скорее всего, пойдет по пути ОАЭ. И если посмотреть шире на альянс ОПЕК+, становится очевидно, что несколько его участников — прежде всего Казахстан — уже частично дистанцировались от совместной политики.
Время объявления этого решения — посреди войны с Ираном — может подтолкнуть наблюдателей связать его с военным конфликтом. Безусловно, ОАЭ были шокированы иранскими атаками, закрытием Ормузского пролива и неоднозначной реакцией некоторых соседей, в частности Кувейта и Омана. Но решение выйти из ОПЕК имеет мало общего с Исламской Республикой; путь к этому начался в Эр-Рияде, с «ответвлением» в Техасе.
На фоне стремительного роста добычи нефти и газа в США благодаря «сланцевой революции» Абу-Даби и Эр-Рияд почти десятилетие вели «холодную войну» за направление развития картеля. Если коротко: ОАЭ хотели добывать больше — даже ценой снижения цен; Саудовская Аравия, в союзе с Россией, стремилась удерживать цену на уровне около 100 долларов за баррель, даже если для этого приходилось сокращать добычу и оставлять часть нефти в качестве резервных мощностей.
В течение большей части этого периода конфликт оставался скрытым, но стремление ОАЭ увеличить добычу вышло на публичный уровень в июле 2021 года, когда Эр-Рияд и Абу-Даби столкнулись во время встречи ОПЕК+, заставив группу приостановить заседание. Оно возобновилось лишь через несколько дней, после того как ОАЭ отступили под сильным давлением Саудовской Аравии. Это было унизительным опытом, который в Абу-Даби не забыли. Теперь эмират использует войну как дипломатическое прикрытие. Но главное: ОАЭ выходят из ОПЕК, чтобы добывать больше нефти — вопреки интересам Саудовской Аравии.
