Автор Александр Сергиенко Кандидат физико-математических наук, юрист, директор аналитико-исследовательского центра «Институт города».

В последнее время тема самовольного оставления военных частей (СОЧ), дезертирства и уклонения от службы снова оказалась в центре общественной дискуссии.

В то же время в самих военных частях уже появляются сигналы об усилении подхода к проблеме СОЧ. По информации из бригад, подразделения получали указания приоритетно направлять военных, вернувшихся из СОЧ, в боевые, в частности штурмовые, подразделения, а также ограничивать практику рекомендательных писем для перевода в другие части. В Генеральном штабе уверяют, что официальные правила возвращения на службу не менялись, однако само появление таких сигналов свидетельствует о том, что система вынуждена реагировать на масштаб проблемы.

На этом фоне новое руководство Министерства обороны заявляет о подготовке более широких изменений в подходах к мобилизации и управлении личным составом. В частности министр обороны Михаил Федоров говорит о намерении предложить новую модель работы с военными — от цифровизации управления до упрощения перевода между подразделениями и усиления мотивационных механизмов службы.

Но любые реформы упираются в один фундаментальный вопрос — что делать с уже имеющейся волной СОЧ и дезертирства? Наказывать или прощать?

В конце прошлого года информационное пространство всколыхнула еще одна новость — Офис генерального прокурора закрыл статистику военных преступлений. Там пояснили это «защитой национальной безопасности», «противодействием ИПСО» и необходимостью «сохранить доверие к Силам обороны».